Игра на раздевание [= История одного развода ] - Татьяна Веденская

– Нравится? – спросил Андрей.

– Очень, – тихо прошептал Мишка.

– Последний «пень», память – на целое государство. Процессор – быстрее, чем человеческий мозг, – перечислял Андрей. Кажется, он и сам бы с удовольствием поработал на таком.

– Ничего себе, ты разорился, – присвистнула я. – Не дорого?

– Ты знаешь, я уже дал предварительное согласие. Мне дают лабораторию. Там перевели мою докторскую диссертацию, оказалось, что она все еще актуальна. Так что буду в Америке зарабатывать головой. Даже не придется мыть полы в «Макдоналдсе», – сообщил он мне.

Я прищурилась.

– А ты стал бы?

– Ты знаешь, теперь да. Самое главное для меня – семья. Потому что все остальное может исчезнуть, а может и вернуться. А люди – родные люди – это не повторяется. Только сейчас и никогда больше моя дочка такая маленькая и смешная. Разве трудно ради ее счастья помыть полы. Да где угодно!

– Знаешь, это хорошо, что ты так говоришь, – искренне улыбнулась я. Да, кому-то достался совсем другой Андрей. Я с ним, наверное, даже незнакома. Что ж, все хорошо, что хорошо кончается.

Андрей уехал, а мы остались. Марк выплатил Андрею стоимость его доли в нашей квартире и уже после этого спросил меня, хочу ли я, чтобы он переехал ко мне.

– И после этого ты хочешь убедить меня в корыстности своих намерений? – приперла я его к стенке.

Марк на минуту задумался, но потом решительно тряхнул головой и ответил.

– Если я буду жить с тобой, я сэкономлю на еде.

– Аргумент! – согласилась я.

– А вообще, понимаешь, Элен, я уже в таком возрасте, когда каждый завтрашний день может стать последним. Я совсем не хочу потратить еще пять лет на уговоры тебя жить со мной. Лучше давай сразу поженимся и покончим с этим. Я хочу видеть тебя каждый день. Все дни, которые мне отведены на этой земле. Ты не против?

– Я за! – серьезно ответила я. – Ты даже не представляешь, какое это мучение – быть без тебя.

– Вот и славненько, – кивнул Марк и переключил канал, давая понять, что разговор окончен.

Да, добиться от Марка, чтобы он открыто показал, что чувствует, – невозможно. А если и возможно, то лишь на какие-то доли секунды. Что ж, это еще одна черта его характера, которую я хорошо знаю и люблю. Говорят, невозможно любить в человеке абсолютно все. Говорят, достоинства мы любим, а с недостатками смиряемся. Так вот, в Марке я обожала абсолютно все. Даже его сдержанное недоумение, когда он впервые увидел еду, которую я приготовила.

– Это что? – спросил он, осторожно принюхиваясь к тому, что было на тарелке. Знаете, как профессиональные химики нюхают свои колбы, махая ладонью. Чтобы, не дай бог, не получить смертельную дозу вещества.

– Это? Ужин! – растерялась я немного. Действительно, как я буду кормить такого привереду, как Марк?

– Знаешь что. Пойдем, – решительно направился он к двери. – Я знаю тут неподалеку один хороший ресторанчик...

Вот так мы и зажили в нашем доме, в том самом доме, который я когда-то создавала со всей своей любовью в сердце, любовью, которая на самом деле была адресована ему – уехавшему во Францию Марку. Теперь этот дом – наш. И не потому, что Марк отвалил за долю Андрея сумасшедшие деньги. Не только поэтому, хотя стоимости сегодняшнего метра жилья в Москве, кажется, поразился даже Андрей. Он никак не ожидал, что уедет в Штаты таким богатым человеком. По американским меркам, потому что по нашим, по российским, не всякий миллионер – настоящий богач. Чтобы это понять, достаточно один раз проехать по Рублевке.

Этот дом наш, потому что каждое утро я просыпаюсь рядом с мужчиной, которого я люблю. Марк делает мою жизнь счастливой. И не потому, что он не храпит. Храпит как миленький, даром что такой худой. Видимо, все мужчины после свадьбы начинают храпеть. Это такой негласный мужской сговор, не иначе. И все же, даже слушая его храп или, что гораздо чаще, толкая легонько локтем, я люблю его. И ни разу я не захотела остаться в своей спальне в одиночестве, чтобы лучше выспаться. Зачем? Выспаться мы всегда успеем, а вот полюбить... Тем более что такая любовь, да еще после сорока – это же подарок небес. Так и что теперь, жаловаться, что мой подарок храпит или ворчит по утрам? Вот уж нет. Мне есть на кого ворчать и без него.

Например, Алина. Она по-прежнему работает у меня и совершенно не умеет печатать. Правда, название компании произносит более-менее сносно. Но это все – заслуга моего шефа. Теперь я пытаю ее днем, а он тренирует по ночам. Да-да, не прошло и полгода после нашей с Марком свадьбы, как мы узнали эту потрясающую новость. Мой шеф решился прервать свое одиночное плавание и женился на Алине. Несмотря на то что куратору это, как вы понимаете, совершенно не понравилось. А с другой стороны, чего он хотел? Такая женщина, с такими ногами, в таких юбках. У моего шефа не было ни единого шанса устоять. А у кураторов нет перебоя с длинноногими красавицами, так что последний быстро утешится.

Кстати, Алина по-прежнему иногда захаживает к различным гадалкам и экстрасенсам. Прошлый опыт так и не научил ее ничему, кроме того, что обязательно надо брать чек после такого рода услуг.

– Зачем тебе чек от гадалки? – еле сдерживая смех, спрашивала я, когда Алина в очередной раз докладывала мне о том, как она провела выходные.

– А чтоб, если что, выставить претензию. Официально! – как ни в чем не бывало пояснила Алина.

Я уронила голову на стол, плечи мои затряслись от смеха.

– И что это будет? Верните мне деньги, потому что муж отказывается есть лягушачьи лапки? Или ты потребуешь компенсацию убытков за недоугаданное будущее? – не могла остановиться я.

Алина пожала плечами. По ее мнению, чек являлся достаточной гарантией того, что услуги по проникновению в сокровенные тайны бытия оказаны в должной степени.

Что ж, каждый может верить в то, во что хочет верить. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы...

А вот Мишка и не верил, и не знал, однако получил-таки свой самый главный приз, о котором не мог даже мечтать. После того как наши с Андреем личные проблемы перестали давить на мальчика с силой полиграфического пресса, он как-то подтянулся, выправился и даже умудрился без троек закончить учебный год. И это при том, что я настолько была поглощена Марком, что мне, откровенно говоря, было совершенно наплевать, сделал или не сделал уроки мой сын.

– Как такое возможно? – удивилась я, глядя на оценки в дневнике.

– Я молодец? – уточнил Мишка.

– Не то слово! – согласилась я.

– Тогда пообещай, что не будешь сердиться. Я ведь заслужил приз? – начал он издалека. Я моментально насторожилась. Такое начало не сулило ничего хорошего.

– Ну, допустим. А что ты хочешь? Новый велосипед? Ролики? Это возможно.

– Ма-ам, я хочу уехать.

– Куда? – не поняла я. – В лагерь? Ты же на лето к папе в Бостон собирался?